IPB

Здравствуйте, гость ( Вход | Регистрация )

 
Ответить в данную темуНачать новую тему

КУМЫС ДЛЯ БОЕВОГО ПЛОВЦА.


xloki
Only one
Иконка группы
Группа: Пользователи
Сообщений: 8737
Регистрация: 4.6.2013
Из: Хатанга однако.
Пользователь №: 12960



Сообщение #1 сообщение 26.1.2018, 20:46

Никогда не понимал дайверов. Растёшь так себе среди речек и болот и ни про какой дайвинг не думаешь. Да и с чего мне в болото нырять?! - я ж ни оляпка какая-нибудь и не толстоклювая камышовка. Я даже не гоголь обыкновенный, между прочим. Хотя, жаль: будь я обыкновенным Гоголем (Bucephala clangula), сидел бы сейчас в Риме и «Мёртвые Души» строчил. При чём тут дайвинг?
Но есть люди, которым очень хочется загнать меня под воду. Например, Артур. Того хлебом не корми, только дай меня в какую-нибудь голубую бездну утянуть. Не человек, а мальдивский водяной просто. Когда-то давно он повадился время от времени звать меня к себе на острова. Как правило, это случалось зимой.
- Мы с тобой, - вкрадчиво объяснял он, - погрузимся неглубоко: всего метров на тридцать. Зато прямо к акулам! В стаю! А? Как тебе? Ты чего, кстати, дрожишь? Замёрз?
- Зачем это мне к акулам? - заранее лязгая зубами от страха, спрашивал я.
- Они красивые! - взор Артура туманился. - У них зубы, знаешь, какие?! - ни у кого таких больше нету! Тебе понравится, я знаю. Так что, заказывать билет на Мальдивы?
- Васильич! - однажды спросил я. - А вдруг акула на меня нападёт?
- И что?! - удивился он. - На меня вон нападала. Молодая и глупая. Я просто ласту снял и дал ей пяткой по носу, она обиделась и уплыла.
Блин! Просто! Пяткой акуле по носу — это у него «просто» называется! Я тогда не стал объяснять, что моя акула сто процентов будет старой, опытной и совсем не обидчивой. И что подводный каратист из меня никакой.
Я спросил по-другому:
- Скажи, а можно так, чтоб без акул вообще?
Артур расстроился.
- Вообще-то, - сказал он, - я считал тебя нормальным, а ты боязливый какой-то... Лучше б ты мне сейчас этого не говорил... Но... Нет, ну если правда так боишься, просто плавай себе метрах на пяти глубины, там акул практически не бывает.
- И никто не укусит? - спросил я.
- Никто тебя не укусит, - махнул рукой Васильич. - Чёрт с тобой! Только на барракуду не нарвись...
- На кого?!
- На барракуду. Это типа щуки такой океанской. Большая очень щука получается. Её увидеть сложно. Она складывается как пила и потом выстреливает сама себя в твою сторону. Это в секунды происходит. Поэтому ты можешь не заметить.
- Слышь, чё! - возмутился я. - Как у тебя наглости хватает такое другу предлагать?!
- Да расслабься ты! - поморщился Артур. - Она тоже ж не каждый раз такое вытворяет. У нас на человека напала потому, что у того манометр болтался. Она метнулась, сожрала манометр, вырвала мужику кусок ноги — не такой большой кусок, кстати — да и всё. Ты просто смотри, чтоб у тебя ничего не болталось...
Мне это совсем не понравилось. Тот прибор, что болтается у меня, меньше всего похож на манометр. Даже если он что-то и меряет, то уж точно не давление, хотя, в принципе, какая-то связь с давлением временами там тоже прослеживается. По-своему он мне пока ещё дорог. И я предпочту, чтоб он продолжал то висеть, то стоять, то лежать, то болтаться, а не чтоб в него под водой кто попало зубами вцеплялся!
- Даже и не знаю, что тебе ещё предложить, - приуныл Васильич. - Ну, ныряй у рифов, если всего боишься.
- А там нету акул? - с подозрением спросил я.
- Нету.
- А барракуд?
- И барракуд нету, откуда им у рифов взяться? Там вообще никаких опасностей.
- Вот и буду тогда у рифов с трубкой нырять, рыбок разглядывать...
- Ну, и разглядывай, перестраховщик, - совсем сник Артур. - Только близко к рифу не подплывай, чтоб мурена не схватила...
- Это ещё кто?! - встрепенулся я.
- Рыбка такая, у неё на зубах трупный яд. Если схватит, я тебя тогда спасти не смогу, имей в виду...
- Да блин! - заорал я. - А с чего ей меня хватать?!
- Она может почувствовать в тебе агрессию...
- У меня нет агрессии, - быстро ответил я, - так ей от меня и передай!
- ...или опять болтаться будет... - продолжил он. - У тебя ж, ты сам сказал, всю дорогу болтается...
- Всё, хватит! - оборвал его я. - Никуда я с тобой не поеду!
...Мы сидели в его офисе на Маросейке. За окном лежал снег и стояла холодрыга. И было непонятно, что лучше: или тут замерзнуть, или там чего-нибудь лишиться.
- Да перестань! - сказал Васильич. - Поехали! Я никому не скажу, что ты трус. Плавай себе в лагуне, а акулы, барракуды и мурены все мне достанутся...
- В лагуне их точно никого нет?
- Точно никого! Самое безопасное место - вообще ничего не увидишь. Смертная тоска, в общем.
- Пускай, тоска! - главное, что меня не сожрут и не укусят.
Я открыл окно, чтобы выбросить окурок и, почувствовав, каким лютым холодом дохнула на меня улица, решительно сказал:
- На лагуну я согласен. Поехали!
- Вот и ладушки! - обрадовался он. - Лагуна — так лагуна! Только ты это... Между нами, конечно, но... Одним словом, ты там постарайся на дно ногами не становиться... Скаты электрические, они в песок зарываются, их не видно, ты наступил, а он тебя током долбанул. Шестьсот вольт, между прочим. Нормальный такой себе разряд...
- В лагуне?! - начал беситься я.
- В лагуне.
- Где безопасно, да?!
- Ну, практически...
- И шестьсот вольт?!
- Не, ну, может, триста... Смотря на какого наступишь, там некоторые полу-разряженные попадаются... Да куда ты пошёл, вообще?!! Опять испугался, что ли?
...В общем, я отказался. Все эти острова только на картинках красивые. А так — не приведи господи, какие опасные.
Но это я предусмотрительный. А некоторые, наоборот, лезут, только держи их, бедовых! Дядя Слава тот же. Прилетел на Мальдивы, хочу, говорит, нырнуть, а то ни разу не пробовал. Но все с сертификатами, а у него вообще никакой бумажки. Да и откуда ей взяться, если он всю жизнь в Каракумской секретной лаборатории ишачил? - там и в кране-то воду через два дня на третий давали, не то что нырять...
Но вот стукнуло человеку в голову, он и пристал к Васильичу: «дай погрузиться» да «дай нырнуть»!
Артур пошёл к Клаусу. Клаус — немец, инструктор по подводному плаванию, он на лодке у Васильича за каждое погружение отвечал. Дотошный, как все немцы. Всё только по инструкции! А тут дядя Слава, который вообще акваланг первый раз в жизни видит. Понятно, Клаус никогда такого в воду не пустит! Надо было как-то выворачиваться.
И Артур вывернулся. Слегка (и, как ему показалось, удачно) видоизменив сведения о дядь-Славиной каракумской богадельне, Артур отозвал Клауса за угол.
- Такое дело, - сказал Васильич, таинственно понизив голос. - Я тебе расскажу, только ты, Клаус, никому не говори: дядя Слава не простой человек. Он командир секретной лаборатории боевых пловцов бывшего СССР. Но это по-прежнему военная тайна! Не приведи господи, в Бундесвере пронюхают!..
Клаус выпучил глаза.
- Да, - негромко сказал Артур, прикрывшись от немца длинными армянскими ресницами, - именно, так. Дядь-Слава где только не погружался! В Миссисипи, в Аденском заливе и у вас в этом вашем... как его... Ну, сам вспомни, что там у вас есть в Германии?
- Рейн?! Майн? Одер?
- Да, в Рейне. Ну, и в Майне с Одером до кучи. Иногда взрывал пару авианосцев, иногда - просто хватал за ноги и топил какого-нибудь вражеского адмирала. Дёрг — и адмирал уже на дне этого вашего Одера-на-Майне! Ни один не всплыл, можешь по газетам проверить. Вот так вот. Не дай бог, в общем, что за человек. Очень заслуженный. И очень секретный. Хочет нырнуть, но сертификата нет, а свои документы - ты ж понимаешь! - он нам показывать права не имеет. Ещё он в Ла-Плате нырял. Помнишь, в Аргентине правительство шесть раз менялось? - так это он свергал. Вместе с боевыми советскими крокодилами.
- В Ла-Плате ж всё мутное, не? - усомнился Клаус. - Там сплошная глина, насколько я знаю...
- У них приборы были, - ответил Артур. - Секретные. Название - Антиглина-4Б. Или - Нечернозём-8М, уже не вспомню. Плюс крокодилы специальные. С Красной Пресни, из спецприёмника нашего зоопарка.
- Идём! - решительно сказал Клаус. - Я должен видеть погружение этого великого человека.
Maldiviana, пройдя между атолами Gaafu Alifu и Gaafu Dhaalu, вышла в открытый океан. Дядя Слава, стоящий на корме и разглядывающий ровную как стекло воду, маленько заскучал. Прикрыв глаза, он вспоминал любимые Каракумы, пивную в секретном посёлке Бадхыз-37, такыры с тандырами и верблюдов с джейранами. А ещё почему-то - божественный вкус холодного кумыса.
На плече у дяди Славы синела наколка, изображавшая красноармейскую звезду, интимно обвитую гюрзой. Капелька смертельного яда, готовая сорваться с морды гюрзы на звезду, от времени стала похожа на не очень смертельную соплю, что несколько снижало суровый пафос наколки. Под всем этим туманно-геральдическим безобразием было написано «Слава!», что можно было трактовать даже как имя, если б, конечно, не восклицательный знак.
- SAABA? - тихо спросил Клаус, попытавшись прочесть славянскую надпись негодными средствами германской письменности. - Was ist das — SAABA?
- SAABA — это наша секретная советская SCUBA, - так же тихо ответил
Васильич.
Сам дядя Saaba понятия не имел, ни о чём идёт разговор, ни, тем более, о том, что Scuba - это Self-Contained Underwater Breathing Apparatus. На пространствах от Унгуза до Мургаба никто таких слов ему не говорил и не собирался.
Maldiviana замедлила ход и через несколько минут остановилась, слегка покачиваясь. За борт полетели буи.

- Пора! - сказал Клаус.
Артур приволок дяде Славе снарягу и велел надевать гидрокостюм. Дядя Слава тут же принялся крутить неопреновую шмотку туда-сюда, пытаясь сообразить, как в неё влезть. Клаус удивился.
Дядя Слава корячился, натягивая на себя непривычную одёжу. Гюрза на плече великого человека ёжилась и воинственно размахивала соплёй.
- А почему он надевает неопрен на джинсы? - тревожно спросил Клаус.
- По-другому он не может, так у них заведено... - сглотнул Артур, - ...они ж никогда не знают, куда им деваться после задания — то ли опять на дно с крокодилами, то ли в Дом Правительства без крокодилов, премьер-министра убивать. Не пойдёт же он туда в трусах...
- У меня вообще такое впечатление, - сказал Клаус, - что он гидрокостюм первый раз в жизни видит...
- Конечно, первый! - воскликнул Артур. - Им иностранные гидрокостюмы не дают. У них там всё своё, секретное. Спец-разработки. Но ты не переживай, вдвоём мы его мигом оденем. А в воде он себя сразу покажет, вот увидишь!
Кое-как обрядив дядю Славу в изделие компании Aqualung, Артур и Клаус свалили к ногам великого человека остальное снаряжение. Пока Васильич ковырялся с баллонами, Клаус критически смотрел на то, как дядя Слава борется с компенсационным жилетом.
- По-моему, - заметил Клаус на пятой минуте борьбы, - жилета он тоже никогда не видел.
- Не видел, не видел, - прокурлыкал Артур. - Там же у них совсем другие жилеты: под пулемёт подводный, под пистолет, под стрелы для пистолета...
- Рюкзак, блин, какой-то придумали... - втихомолку матерился дядя Слава, пытаясь разобраться с компенсаторной приблудой Hydros-Pro.
Вообще, в этот момент он очень походил на лошадь, которой от большой пытливости ума вдруг взбрело в голову саму себя запрячь.
С грузами получилось не лучше.
- Грузы им тоже не дают, - поспешил объяснить Артур. - А на фига? У них же вместо грузов — патроны, взрывчатка, всякие там подводные дымовые шашки, гранаты атомные — я и половины не знаю, настолько всё засекречено. Поэтому он про обычные грузы без понятия. Не бери в голову, Клаус! Ему главное до воды добраться. В воде он сразу зверем становится.
Хуже всего получилось с регулятором. Васильич с Клаусом пытались вставить дяде Славе в рот загубник, а дядя Слава его выплёвывал, как выплёвывает на пол соску капризный младенец.
- Похоже, им и загубников не дают, - расстроился немец.
- Какие загубники у секретных боевых пловцов Советского Союза, ты что! - присвистнул Артур. - У них там это... ну, типа пластыря такого специального. Рот заклеивают и они прямо из воды кислородом через тот пластырь дышат... А загубников нету, что правда, то правда. Даже интересно, как ты догадался?..
- Так если они через пластырь дышат, получается, им и баллонов не дают? - сообразил Клаус.
- И баллонов не дают, - подтвердил Артур. - Вместо баллонов у них на спине по две баллистических ракеты.
- Я встречался с боевыми пловами Бундесвера, - признался Клаус. - Но я впервые встречаю боевого пловца, которому вообще никогда ничего не дают. Никогда и ни-че-го! Во-о-б-щееее...
Вся группа дайверов уже с полчаса тусовалась где-то на глубине со стаей акул-молотов, когда Артур и Клаус, поддерживая дядю Славу с двух сторон, подвели, наконец, великого человека к транцу и осторожно поставили на кринолин.
- Ну, с богом! - вытер лоб Васильич, отлично отдавая себе отчёт, что больше ни ему, ни Клаусу, ни самому дяде Славе надеяться не на кого.
...Теплая вода Индийского океана нежно приняла в себя плюхнувшегося с кринолина дядю Славу. Артур и Клаус с тревогой наблюдали за тем, как пару раз дрыгнув ножкой и больше вообще не сделав ни одного движения, лучший боевой пловец Советского Союза закачался попой кверху у белоснежного борта яхты.
- Ты говорил, что в воде он себя зверем покажет, - напомнил Клаус. - И что это за зверь такой, по-твоему?
- «Верблюд», - чуть было не сказал Васильич, вспомнив о каракумском прошлом дяди Славы.
Maldiviana тихо стукалась бортом о боевого пловца, а боевой пловец — об неё.
- Артур! - протяжно спросил Клаус. - Ну, а хоть ласты-то им дают?..
Васильич только махнул рукой, после чего сказал:
- Всё, пора его доставать.
Вновь поставленный на кринолин дядя Слава на вопрос «Ну как?», без раздумья сказал: «Кумысу хочется»...
...Вечером Артур обнаружил дядю Славу и Клауса за столиком корабельного бара. Клаус сидел в шортах и гавайской рубахе, а дядя Слава снова был в своих любимых джинсах Montana и синей олимпийке, купленной по блату ещё в промторге закрытого посёлка Бадхыз-37.
Вид этого изделия демонстрировал как нерушимость, так, одновременно, и гибель Советского Союза: застёгивая и расстёгивая молнию, дядя Слава то сводил воедино вышивку «СССР», то одним движением руки разделял её на буквы «СС» и «СР», меж которыми мрачным напоминанием о развале государства чернела его лохматая грудь. Клаус внимательно смотрел на олимпийку, пытаясь представить, как дядя Слава идёт в ней по городу привычно убивать очередного премьер-министра.
- Коньяк пьёте? - унюхал Артур.
- Коньяк, - кивнул Клаус. - Он захотел. Причём не какой-нибудь, а именно этот.
- А как ты его понял? - спросил Васильич. - Он же ни слова ни по-английски ни по-немецки не знает.
- Он мне название на бумажке написал, - протянул листок Клаус. - По-русски. А я в латинские буквы перевёл и сразу же нашёл на полке что ему надо.
На листке было написано слово «кумыс». Артур протянул руку к бутылке, стоявшей между друзьями, и, развернув её к себе этикеткой, прочёл: «Camus».
По блаженному лицу дяди Славы было понятно, что великий человек наконец получил то, чего хотел.
А чего это я, кстати, про дайвинг-то вспомнил? Вроде ж, вообще не про это говорить собирался... Может, потому что зима? Морозы, люди из прорубей торчат, снег этот замучал уже. Я б сейчас, наверное, если про согреться, то даже на акул бы согласился!



--------------------
If you like pussy, marriage is not for you
Перейти в начало страницы
+Цитировать сообщение

Ответить в данную темуНачать новую тему
1 чел. читают эту тему (гостей: 1, скрытых пользователей: 0)
Пользователей: 0

 



Текстовая версия Сейчас: 21.6.2019, 3:22